- Плохо, брат, ты живешь, - говорил я хозяину вотяку, дожидаясь лошадей в душной, черной и покосившейся избушке, поставленной окнами назад, то есть на двор.
- Что, бачка, делать? мы бедна, деньга бережем на черная дня.
- Ну, чернее мудрено быть дню, старинушка, - сказал я ему, наливая рюмку рому, - выпей-ка с горя.
- Мы не пьем, - отвечал вотяк, страстно глядя на рюмку и подозрительно на меня.
- Полно, ну-тка -бери.
- Выпей сама прежде. Я выпил, и вотяк выпил.
- А ты что? - спросил он, - с губерния, по делу?
- Нет, - отвечал я, - проездом, еду в Вятку. Это его значительно успокоило, и он, осмотревшись на все стороны, прибавил в виде пояснения:
- Черной дня, когда исправник да поп приедут.
Вот о последнем-то я и хочу рассказать вам кое-что" . Поп у нас превращается более и более в духовного квартального, как и следует ожидать от византийского смирения нашей церкви и от императорского первосвятительства.