Напрасно ищешь, ангел мой, предчувствия в моралях папеньки... -- Наталья Александровна писала Герцену 18 мая 1836 г.: "Сегодня был у нас папенька; удивительно, Александр, будто сердце его предчувствует, что твое существование должно соединиться с моим. Каждый раз, как видит меня, делает наставления, как приготовляться быть хорошею женой, потом, как угождать мужу, повиноваться и пр." (там же, стр. 93).
Усталый Пилигрим придет же из обетованной земли на родину ~ и благословит удел смертного на земле. -- Отклик на следующие строки
Н. А. Захарьиной от 21 мая, в ответ на письмо Герцена от 12 мая: "Итак, мой пилигрим, мой милый странник, ни посол божий, ни небесное питье не утолили твоей жажды видеть твою деву. О, верь же, и дева твоя не променяет земного страдания с тобою на небесное одинокое блаженство" (там же, стр. 94 -- 95).
Ответ Н. А. Захарьиной от 28 июня -- 10 июля 1836 г. -- Изд. Павл., стр. 107 -- 111.
67. Н. А. ЗАХАРЬИНОЙ
Печатается по автографу (ЛБ). Впервые опубликовано: РМ, 1893, , стр. 7 -- 11. На автографе пометы Герцена: "76" и Н. А. Захарьиной: "Загорье, 1836, июля 11-е, суббота, 6 часов вечера".
Приписка от 1 июля -- ответ на письма Н. А. Захарьиной от 1 -- 5 и 8 -- 16 июня 1836 г. (Изд. Павл., стр. 97 -- 99 и 99 -- 101).
Ты мне писала прошлый раз: "Спаси M ед<ведеву>". -- Герцен имеет в виду следующие строки из письма Натальи Александровны от 10 мая, в ответ на его письмо от 27 апреля: "Знаешь ли, Александр, читая в твоим письме о Медведевой, у меня навернулись слезы на глазах, сердце сжалось... Несчастная! Она любит тебя?.. О друг мой, спаси, спаси ее, не убивай! Ты не говоришь ей теперь обо мне потому, что ей было бы это неприятно, но легче ли будет ее сердцу узнать это после?.. Мне жаль ее; ты можешь все, Александр, тебе поручаю ее, спаси ее от самого себя. Ты раскаивался прежде, что завлек несчастное существо, -- стало, в любви М<едведевой> не ты виною? Не будь же виною в ее страданиях, в несчастии всей ее жизни. Ангел мой, будь чист всегда; полагаюсь на тебя. Прощай, обнимаю тебя и, целуя, повторяю: "Спаси ее, спаси!"" (Изд. Павл., стр. 90). И 24 мая: "Спаси ее, друг мой, и так довольно несчастий, довольно мрачного окружает любовь нашу" (там же, стр. 95).
Я уже писал тебе... -- См. письма 41, 45 и 47.
Первая записка, в которой я писал к тебе о любви... -- См. письмо 50.