Если Петруша настолько здоров, то я прошу его сыскать в моей библиотеке сочинения Пушкина все томы, соч. Лермонтова, 1 и 2 часть, и Кольцова, "Мертвые души" Гоголя и все его сочинения, сделать из этого тюк, свозить в таможню и отправить в Цюрих к маменьке. Или нельзя ли отправить через книгопродавца?
Я очень бы желал, чтоб эта комиссия обошлась без больших хлопот. Петрушу (или кто за это возьмется) попрошу только потом оставить книги также в заколоченных ящиках. -- Кроме детских, которые все без исключения пусть Петруша пошлет Марии Федор<овне>. Если ему или вам что нужно из книг, прошу взять. Я полагаю, ящики мои не теснят Егора Ивановича.
Мы ожидаем от вас скорого уведомления насчет костромского дела. Я имею разные хозяйственные проекты в голове, о которых напишу к вам подробно по получении от вас письма.
Кстати, попросите Егора Ивановича как-нибудь похлопотать насчет моего портрета, он засел года полтора тому назад у таможенного начальника Языкова, потому что я надписал "в контору г. Языкова", т. е. в контору агентства в Петерб<урге>. -- Нельзя ли это кому-нибудь поручить?
Засим прощайте, почтеннейший Григорий Иванович; моя жена писала к Прасковье Андреевне, которой усердно кланяюсь, чтоб она продала ее шубу и деньги вручила бы Петруше, -- я полагаю, что это ему будет достаточно на очень долгое время, а потому и не думаю, чтоб нужна была еще помощь.
Я давно что-то не слыхал о Вере Артамоновне.
Душевно желаю, чтоб письмо мое вас нашло в добром здоровье.
Нат<алья> Ал<ександровна> и дети кланяются.
Примите на себя труд переслать прилагаемое письмецо.
P. S. Если нет в моих книгах последней части Лерм<онтова>, то я попрошу купить.