На сегодня буду писать мало, опоздал, не оттого, что много дела, а оттого, что ничего не делаю. -- Вас мы помним и любим
не по-прежнему, а больше. -- Бедный, бедный Коля и как не начаться равнодушью ко всему! Зачем? А спрашивать-то и не у кого. А тут жизнь своей мышьей беготней рассеивает -- и это противно, но зато в иную минуту так горько. -- Об общем что сказать вам: по-моему, это шаг вперед, но для нас лично все погибло, это-то и есть смерть старого общества, которую проповедовали.
Прощайте. Дружески обнимаю вас. Рейхеля благодарю за Шомбурга.
Пришлите же sous bande хоть два экземпляра "Pologne et Russie" Michelet. Стоит 60 cts и продается à la Librairie nouvelle[170], 15 Bd des Italiens.
139. M. К. РЕЙХЕЛЬ
22 (10) декабря 1851 г. Ницца.
22 декабря 1851. Ницца.
Особенного писать нечего, я задержал письмо, думая, что будет от вас, но почты нет и не будет сегодня (т. е. сегодня придет вчерашняя), видно, дороги плохи.
Я, кажется, забыл вам написать, что в записке маменьки назначены 3000 фр. Марии Фед<оровне> Корш, -- ведь, я думаю, вам легче бы переслать их через Шомшильда. А я и без того боюсь, писал я к Ег<ору> Ив<ановичу> открыто. Поэтому как бы не догадались по вашим письмам, о ком речь. Я только жду известья о продаже моих фондов, чтобы писать Ротшильду, доверенность я послал 17 числа; уж попросите благодушно Рейхеля сходить да спросить Шомбурга, получены ли и проданы ли фонды. Тогда я тотчас напишу, чтобы вам выдали деньги -- 13 000, а вы три и отправили. Насчет Беляева советую вам написать ему, чтобы пока % прислал. Пожалуйста, вы не церемоньтесь, пишите просто ему.
Что вы хотите делать с 10 000? Поступите по совету Шомбурга.