- Как можно, вы уж лучше поезжайте в другое место.
- Куда же?
- В Люперн или что-нибудь такое.
- Неужели там лучше?
- Нет, гораздо хуже, но там вы скорее дойдете до разрешения вашей задачи.
В самом деле, в Женеве все хорошо в прекрасно, умно и чисто, а живется туго. Начнешь рассуждать, - ясно, как дважды два, что в наше серенькое время мало мест лучше в Европе., а наймешь квартиру - так и тянет куда-нибудь, лишь бы из Женевы вон.
Достоинств Женевы кто не знает. Каподистрия в те веселые времена, когда Европа танцевала свою историю на конгрессах и вся пахла flour d'orang'eм и белыми лилиями, сравнивал Женеву с ладанкой, в которой бережется кабардинская струя, напоминающая что-то Европе своим запахом Каподистрия был правей покойного императора Павла 1. намывавшего движение в Женеве "бурями в стакане". Конечно, привыкнув брить за единицу меры пространство от Петербурга до Камчатки, Женена может показаться не только стаканом, но и рюмкой, - но одной рюмки мохуса было действительно достаточно, чтобы во всей Европе поняли, что известный мохус существует, В ней. как в фокусе, усиленно я сокращенно отражается все движение и все движения современной истории с тем преувеличением, которое имеют Альпы на выпуклых каргах и капли под микроскопом.
Вы видите, я далек от того, чтоб клеветать на рюмку, служившую,вска целые гаванью всем преследуемым за грех мысли, бежавшим в нее с четырех сторон, - на рюмку, из которой вышел Руссо и со дна которой Вольтер мутил Европу. Но что же мне делать, когда при всем атом чего-то в ней недостает.
Наружно женевцы давно бросили свой отталкивающий пиетизм, свою канцелярскую, педантскую обрядность. Женева в этом даже опередила Англию; в ней человек может, не теряя честного имени, кредита, места, уроков и приглашений на обеды, не явиться яе-енолько воскресений в предике [церковной проповеди (от нем. predigt)]. Но за спавшей с души коростой кальвини ша осталась постно-сморщенная кожа. Эти формы без содержания, эти рябины прошлой болезни уцелели вместе с сухой раздражительностью, е приемами прежней нетерпимости. Женева похожа ва расстриженного пагера, потерявшего веру, во не потерявшего клерикальные манеры.
Кто-то сказал, что в каждом женевце остается на веки веков след двух простуд, двух холодных дуновений: бизы [северного ветра (от фр bise)] и Кальвина, - и, кто бы ни сказал, это совершенно верно, но он забыл прибавить, что к двум прирожденным простудам прибавляются разные пограничные оггепкп и осложнения: савойские - немного с зобом внутри, французские - с coup d'etat'cкими [От фp. coup d etat - государственный переворот] но ползноввениями и централизационными стремлениями Все это вместе составляет в общем швейцарском характере, тоже больше свежем, чем любезном, особый оттенок - женевский, конечно, очень хороший, но не то, чтобы чрезвычайно приятный,