Когда, перед распятым распростертый,
Я слезы лил об угнетенных братьях,
И чашу горькую да отведет
От них, его молил, – тогда в моей
Груди, торжественна и лучезарна,
Явилася внезапно мысль о новом мире,
И успокоилась душа моя.
Не родину для поприща покинуть,
Но мех для нового напитка новый
Взять он велит, чтоб древо юное