Ну, теперь можно прямо вперед!…
Вдруг опять – тррах!… Как раз перед нами взрывается граната… Неприятный сюрприз! И через секунду дымок от разрыва тянется уже через наши тросы. Тьфу, чорт возьми! Какое адское зловоние от серы и селитры, брр! А самое главное – штучка угодила в нас весьма удачно… Энгман ставит машину слегка на нос и «нажимает». Благодаря этому, мы выигрываем в быстроте и слегка теряем в подъеме. На высоте трех тысяч метров, сто или двести не имеют большого значения…
Браво! «Ход» был правильный: следующий разрыв происходит уже высоко вправо… Великолепно! Теперь больше не «нажимать» – иначе мы чересчур снизимся. И слегка вправо! Так!
Но французы все-таки заметили наш маневр. Трах! тррах! – звенит в ушах одновременно справа и слева. Ах, злодеи! По-видимому, они выставили против нас новую батарею из четырех орудий. А направляющий стрельбу, видно, ловкий малый. Стреляет умопомрачительно…
Опять – тррах! тррах!…
Вот одна граната лопнула совсем близко слева, а другая чуть-чуть подальше справа и на этот раз ниже… Значит, француз заметил, что мы слегка потеряли в высоте. У этого артиллериста, должно быть, великолепный измеритель расстояния…
Небольшой вираж влево… Ага! теперь он пробует шрапнелями. Бац! бац!… И тут этому молодцу везет. От резкого металлического звякания о левую поддерживающую поверхность, я круто вздергиваю голову… Пуля, как видно, ударила в трос или в подкос: вон две дырки в стяжке. Ветер пропеллера треплет истерзанные нити входного отверстия…
Пора нам, однако, уходить из этого пекла…
Я слежу за длинными дымовыми завесами, которые все дальше расплываются перед нами. Они облегчают неприятелю обстрел, но, вместе с тем, они помогают и нам. Благодаря этому дыму, мы видим, где надо приблизительно искать батарею зенитных орудий. Она, верно, стоит вправо, внизу, вон в том лесочке…
Я резко ударяю Энгмана по левому плечу, и он делает энергичный вираж влево. Мы отклоняемся почти под прямым углом от нашего прежнего курса.