Как ни спокойно бьется сердце у привычного летчика в пылу воздушного боя, – но какое это чудесное чувство, когда сражение кончено…
Теперь нам остается только, при сильном северном ветре, который дует нам навстречу, уйти от огня зенитных орудий… Но это обстоятельство, при обратном перелете, заботит нас мало. Мы ставим машину на нос, пока измеритель силы ветра не покажет 200 километров: нам безразлично, как низко мы спустимся при этом, – ведь мы летим домой!
На высоте 2000 метров мы достигаем германских позиций.
Задание выполнено, несмотря на все помехи…
А спустя пять дней в «Берлинер Локаль-Анцейгер» появляется не безынтересная для меня заметка:
ВОЗДУШНОЕ НАПАДЕНИЕ НА ИВОКУР. Париж, 2-го мая. По сообщению «Тан», в прошлую субботу германский летчик, пролетев над Ивокуром, сбросил две бомбы, которые причинили небольшой материальный ущерб.
В самом деле: только «небольшой ущерб»?
Минус 30°
Снег скрипит под нашими ногами.
– Ну, и полетец будет сегодня! – ворчит Энгман. – Три часа при этом собачьем холоде на высоте 4000 метров!… Брр!…