— Кто вы, и что вам надо? — оправившись от первого испуга, все еще дрожащим голосом выговорила графиня.
— Верная слуга вашего сиятельства, здешняя экономка Настасья. Может, слышать изволили?
Минкина остановилась.
— Нет, не слыхала… что ж тебе надо? — все продолжая стоять, судорожно сжимая спинку кресла, отвечала Наталья Федоровна.
Это властное «ты», с которым обращался к Настасье Федоровне в грузинском доме только один граф Алексей Андреевич, как бичом ударило гордую экономку. Она даже слегка вздрогнула, и между ее густыми, точно нарисованными бровями появилась маленькая складка, а в глазах на мгновение блеснул недобрый огонек.
Графиня не заметила произведенного на вошедшую впечатления от изменения ее тона и молча ожидала ответа.
— Присядьте, ваше сиятельство, потому что речь моя будет долгая… — тоном фамильярной, тоже почти властной просьбы начала Настасья.
Наталья Федоровна машинально послушалась и опустилась в кресло.
Она, впрочем, и сама еле стояла на ногах, взволнованная неожиданным таинственным визитом.
Сердце ее томительно сжалось в предчувствии чего-то недоброго.