Шел уже пятый день после похорон Федора Николаевича Хомутова, когда графине Наталье Федоровне, только что успевшей вернуться от матери, таинственно подала ее горничная письмо.
— От кого? — спросила графиня.
— Не могу знать, ваше сиятельство! Нищая странница какая-то на двор нынче зашла, меня вызвала и просила передать эту грамотку вашему сиятельству под великим секретом.
Наталья Федоровна несколько секунд испытующе посмотрела на служанку.
«Лжет или не лжет? Кажется, не лжет?» — пронеслось в ее голове.
Молодая женщина уже изверилась в людях.
— Хорошо, ступай!.. — сказала она.
Оставшись одна, она несколько времени вертела полученное письмо, как бы боясь его распечатать. Адрес на конверте был написан какими-то полуграмотными каракулями.
— Чего я боюсь, какая я стала слабая, верно, просто просьба о помощи! — ободряла себя графиня.
Она быстро сломала сургучную печать с каким-то затейливым рисунком и вынула письмо, писанное тем же почерком, что и адрес.