Со стороны путеводителя последовали надлежащие ответы. По окончании этого допроса двери отворились, и Зарудин переступил порог, все еще имея на глазах крепкую повязку. Важный, тихий голос спросил его:
— Настоятельно ли желаешь ты, профан, вступить в священное сословие братства?
— Да! — отвечал Николай Павлович.
— Имеешь ли довольно твердости, чтобы перенести испытания, тебе предлежащие?
— Да.
— Брат-учредитель порядка, начни испытания, соверши с ним путь продолжительный и трудный, — воззвал тот же голос.
Тогда брат-учредитель порядка, приставя меч к груди Зарудина и взяв другою его за руку, начал исполнять повеление.
Он начал с Николаем Павловичем путь с востока на запад и тихо малыми шагами продолжал водить его, и говорил громко и внятно о жизни и смерти; потом остановился, потрепал его по плечу и воскликнул:
— Venerable! Профан сделал первое испытание, твердость его подает надежду к перенесению дальнейших испытаний.
Эта речь была повторена двумя голосами, и голос повелевающего сказал: