— Евгений, я не могу здесь оставаться ни минуты более, уведи меня! Бежим, бежим!..
Она зашаталась и упала без чувств на руки Зыбина.
Несколько часов спустя дорожная коляска, запряженная четверкой отличных лошадей, принадлежавших Евгению Николаевичу Зыбину, мчалась, как вихрь по московскому шоссе.
Сбежавшиеся в сад слуги нашли Василия Васильевича совершенно без чувств, залитого кровью. Бережно перенесен был он в его комнату.
— Вася, Васенька! Умер, убили… — с плачем и рыданиями бросилась к почти бездыханному сыну Агния Павловна.
От волнения она тоже лишилась чувств и была вынесена из комнаты по распоряжению Ольги Николаевны.
Последняя, несмотря на обрушившееся на нее страшное горе, не потеряла присутствия духа, и первою ее мыслью была мысль не о дочери, а о лежавшем перед ней тяжело раненном молодом человеке, пошедшем на смерть, защищая честь этой дочери, честь семьи.
Горничная молодой девушки, объятая ужасом от всего происшедшего, повинилась во всем перед старой барыней и рассказала все в подробности.
Молча, с сухими, горящими глазами, выслушала ее Ольга Николаевна.
— Пошла вон, мерзкая… собирайся ехать в деревню, ты мне не нужна.