Он стал даже упрекать брата Николая за то, что он велел провозгласить цесаревича императором и не сообразовался с желанием императора Александра I.
Николай Павлович отвечал, что эти желания никогда не были ему высказаны категорически и что секрет, в котором держали от него их, не позволял ему действовать иначе.
— Впрочем, — печально добавил он, — все можно еще поправить, если мой брат Константин решится приехать в Петербург.
По совету своей матери, он объявил, что примет корону в том случае, если цесаревич еще раз положительным образом объявит свое формальное отречение от Российского престола.
В этом смысле он и императрица Мария написали ему письма, которые и были отправлены в Варшаву на другой день.
Это семейное собрание продолжалось более двух часов.
Зимний дворец был полон народа.
Слух о прибытии великого князя Михаила с утра распространился в столице, и все, имевшие доступ во дворец, поспешили туда.
— Присягнул ли уже Михаил Павлович? — спрашивал каждый.
— Нет, — отвечали прибывшие.