На другой день прибыл и граф Орлов. Николай Иванович Панаев выехал к нему навстречу.
Граф приказал построить каре и, войдя в середину, поздоровавшись, сказал:
— Государь император послал меня вместо себя, и я, его императорского величества именем, уведомляю вас, что, невзирая на противозаконные дела, которые хотя весьма прогневили его, но, по своей милости, государь имеет терпение ожидать от вас полного раскаяния и смирения.
— Виноваты! — в голос отвечали поселяне и упали на колени. Граф Орлов начал читать им высочайший приказ, а по прочтении увещевал их, объясняя значение эпидемии.
Все молчали. Вдруг послышался крик.
— Смерть нам пришла, ваше превосходительство.
Один из поселян громко воскликнул:
— Положим, что холера существует, но зачем начальство раздало яд?
Генерал Орлов стал объяснять ему действие лекарств. Поселянин стал спорить.
Выйдя из терпения, Орлов ударил себя по бедру и сказал: