– Федосья! – окликнула она, подойдя к двери спальни.
– Что прикажете, ваше сиятельство? – появляясь в дверях, спросила горничная и наперсница княгини.
– Войди сюда! – сказала княгиня и, когда Федосья приблизилась, спросила: – Ты слышала, Никита вернулся?
– Слышала, ваше сиятельство, слышала, как с неба упал.
– Что ты об этом думаешь?
– Да что же думать, ваше сиятельство? Побродил, побродил, добродился до того, что, говорят, кожа да кости остались, ну, домой и пришел умирать.
– А не ровен час, болтать будет.
– Какой уж болтать? Говорят, еле дышит.
– Так-то так, а все же я велела Архипычу привести его сюда: наказать ему хочу молчать, а главное – не видеться с Таней, чтобы он ей чего в голову не вбил.
– Это вы правильно, ваше сиятельство: тогда с нею совсем сладу не будет, и теперь уж…