Холодный пот выступил на ее лбу, она вся дрожала, как в лихорадке.
Что же делать, что делать?
Рассказать все, спасти князя Баратова, если только это еще можно. Он принял четыре пилюли, осталось еще две, — припомнились ей слова Кржижановского, но уже и эти четыре пилюли, если они яд, успели принести вред! Но если он не примет две, быть может, он будет жив?
«Жив? — повторила шепотом Капочка свою мысль. — Но жив для другой».
Картина целующихся князя Владимира Яковлевича и княжны Варвары в китайской беседке представилась ей.
— Нет, пусть он умрет, — прошептала она.
Капочка вспомнила еще о том, что князь должен умереть, ей говорил Сигизмунд Нарцисович еще в Баратове.
Она и тогда была удовлетворена этой мыслью, она тогда возненавидела князя. Теперь, теперь она снова любит его, а ненавидит Кржижановского и так же, как тогда от ненависти, так теперь от любви говорит: «Пусть он умрет».
Он должен быть или ее, или ничей!
Но если бы она и пожелала спасти князя, ей нужно будет открыть все, весь свой позор.