Под именем «наш» Софья Александровна понимала, что подразумевался Аркадий Александрович Колесин.
— С чего же это?
— Танцорка тут у него одна сорвалась.
— Как сорвалась? — недоумевала Мардарьева.
— Как… Ухаживал он за ней. Сколько, кажется, тысяч истратил. Думал, значит, с ней амур завести, а она от него стрекача к другому.
— А-а-а… — протянула Софья Александровна.
— Сколько хлопот было у нашего-то, и все по-пустому, да и это бы ничего, а то оказалось, для другого хлопотал и тратился, оно поневоле зло возьмет.
Агафья Васильевна остановилась.
— Конечно! — произнесла Мардарьева из вежливости, чтобы не молчать, хотя ее далеко не интересовал этот рассказ.
— Человека неповинного совсем загубили. И все не помогло.