— Ай, ай, ай, как можно… Ему бедняге подстроили нарочно эту высылку, чтобы он не мог видеться с ней.
— Какую высылку?
— Да, впрочем, ведь ты не знаешь… Он все мне рассказывает в письме.
Михаил Дмитриевич рассказал Горской о высылке Савина в Пинегу и возвращении его из ссылки уже тогда, когда Гранпа принадлежала Гофтреппе.
— Неужели это он устроил?
— Не думаю… Впрочем, не знаю.
— Ах, несчастный Савин, ах, бедный, а я-то, я-то, — разохалась Горская.
— Нечего охать, дела не поправишь. Вперед урок быть осторожнее в своих выводах из чужих слов и главное воздерживаться на язык о том, что слышала от близкого человека, — заметил Маслов.
Анна Александровна молчаливо, с виноватым видом, выслушала этот выговор.
— Но я все это ей скажу, что я ее ввела в заблуждение, расскажу, какой он несчастный.