Насупившееся было лицо Маргариты Николаевны прояснилось. Силою воли она переломила себя и, вскочив с постели, начала одеваться.
— Тебе надо уложить чемодан.
— Ничего не надо, я возьму только деньги, конечно, часть оставлю и тебе.
Он вышел из спальни и прошел в кабинет. Быстро одевшись и простившись со Строевой, он накинул шинель и вышел из дома по парадной лестнице.
Судьба в этот день, видимо, преследовала его.
Выходя из подъезда, он лицом к лицу столкнулся с знавшим его приставом.
Это был наш знакомый Вадим Григорьевич Мардарьев, с год как занимавший эту должность в местном участке.
Увидев Савина, он разинул рот и растопырил руки от удивления.
— Позвольте, позвольте… Да разве вас не арестовали час тому назад? — спросил он тревожным голосом.
— Не понимаю, что вы говорите. Ни о каком аресте я не слыхал.