По телефону дали знать, что арестовали не того, кого следовало арестовать, вместо корнета Савина, привезли мещанина Петра Трезвонова.
Мардарьев тотчас же по приходе в участок и по выслушании доклада околодочного, телеграфировал, что господин Савин арестован им лично и тотчас же будет доставлен в арестный дом.
— Ну и подвели же вы меня, Николай Герасимович, — обратился затем пристав к Савину. — Вы даже, оказывается, у меня не прописаны.
— Да я только третьего дня приехал из Харькова. Когда же мне было прописываться?
— Разве вы не были в Петербурге? — обрадовался Вадим Григорьевич. — Так дайте мне сейчас ваш вид в прописку.
— Но мой билет не при мне, — ответил Савин, — он у меня дома.
— Так заедем к вам по дороге, вы там его мне отдадите, — сказал пристав.
— Хорошо, заедем.
Они тотчас же вышли из управления участка и поехали сперва на Колокольную.
У Савина по дороге домой блеснула мысль, и сразу в голове его создался план освободиться от рьяного пристава.