Настало раннее утро.
По дороге навстречу Николаю Герасимовичу то и дело сновали прохожие и проезжие.
Это страшно его беспокоило.
В каждом из них он подозревал полицейского или переодетого жандарма.
Ему страшно хотелось спросить у кого-нибудь из них, далеко ли до границы Бельгии, но он не решился, боясь возбудить подозрения.
Наконец навстречу ему попался мальчик лет четырнадцати, который, проходя мимо Савина, вежливо ему поклонился.
Его детское приветливое, открытое лицо внушило Николаю Герасимовичу особенное доверие, и он обратился к нему:
— Скажите, пожалуйста, как называется это село, которое виднеется отсюда?
— Это Бюрзель, — ответил мальчик.
— А далеко отсюда до бельгийской границы?