Время шло.
Николай Герасимович окончательно поправился, благодаря искусному лечению отца Иосифа и великолепному монастырскому уходу.
Пора было задуматься об отъезде и разлуке с друзьями-иезуитами.
Савин, действительно, дружески сошелся с ними за шесть недель его пребывания в монастыре.
Надо было обдумать, куда ехать, что предпринять, а главное, как обеспечить себя от розыска правосудия.
Россия и Франция в этом отношении были для него закрыты.
Он решился ехать в Англию.
Зная хорошо английский язык и имея знакомых в Лондоне, он мог найти дело и устроиться, причем не рисковал быть выданным России, так как по английским законам выдача сопряжена с большими затруднениями.
Наконец, он мог взять другое имя, не неся за это никакой ответственности, так как жить под своим именем было все-таки опасно.
Вот этот-то последний вопрос необходимо было всесторонне обсудить.