- Воротитесь-ка, - с ударением добавил последний, - вы уже помыкались, довольно порыскали день-деньской, а моя молодая госпожа, чай, соскучилась без вас... Поезжайте-ка утешить ее.
При этих словах несчастный отвергнутый юноша вздрогнул, судорожно стиснув рукоять своего меча, и тихо произнес:
- Ты кривишь своими устами!
Гримм уже готов был разразиться страшными клятвами, как вдруг пойманный незнакомец, смекнув, что ему надо поддержать начальника рейтаров, заговорил:
- Точно, я сам видел нового пришельца в нашу дружину из замка Гельмст...
- Это кто? - прервал его Бернгард.
- Это пленник русский, мы допрашиваем его, - отвечал Гримм.
- Ты сам - пленник золота, и, я думаю, нашел уже выкуп его жизни в его же карманах. Допроси-ка его при мне, теперь же! - повелительно сказал рыцарь.
- Я уже слышал, что вам нужно! - отвечал захваченный. - Если не верите, что я охотно предаюсь вам, то обезоружьте меня: вот мой меч, говорил он, срывая его с цепи и бросая под ноги лошади Бернгарда. - А вот еще и нож, - продолжал он, вытаскивая из-под полы своего распахнутого кожуха длинный двуострый нож с четверосторонним клинком. - Им не давал я никогда промаха и сколько жизней повыхватил у врагов своих - не перечтешь. Теперь я весь наголо.
- А что это мотается у тебя? - спросил один рейтар, показывая на грудь.