Последний благоговейно сделал то же самое.
Новые братья облобызались.
Обряд побратимства совершился...
- Так куда же ты... что задумал? - после некоторой паузы спросил Карасев.
- Вон из мира... В нем нет места сыну Малюты... Пойду замаливать грехи отца... Может, милосердный Господь внемлет моим молитвам и остановит окровавленную руку отца в ее адской работе... А я пойду куда-нибудь под монастырскую сень... повторяю, в мире нет места сыну палача... Да простит меня Бог и отец за резкое слово.
Он снова бросился на шею Семену Иванову и горячо на прощанье обнял его.
Карасев ничего не нашелся сказать, чтобы утешить или остановить несчастного.
Да и что мог сказать он?
И Максим ушел.
На другой же день весть о бегстве сына Григория Лукьяновича облетела всю Александровскую слободу.