- Упаси Господи, какая гроза наступает! - сказал Савелий, также осенив себя широким крестом.
Вслед за громовым ударом забушевал ветер и полил проливной дождь: лес дрогнул, деревья порывисто закачались своими вершинами.
- Сидоровна, - сказал Савелий, - заслони-ка окно-то ставнем, а то задует лучину.
Старуха поплелась, но только лишь подошла к окну, как в него ворвался порыв ветра, лучина вспыхнула и потухла. Вместо нее ослепительно блеснула молния и осветила окнами движущиеся фигуры людей.
- Батюшки светы, что это? - воскликнули в один голос старики, пораженные такой массой неожиданностей, но раскат грома заглушил их слова.
- Эй, кто здесь живет, добрые люди или не добрые? Укройте от темной ночи и непогоды заблудившихся! - раздался у окна громкий голос.
- Да поскорей! - поддержал другой, хрипловатый, дрожащий, видимо, От холода голос.
- Бабка! Вздувай огня! - заговорил Савелий, придя в себя, - а я побегу отворить ворота.
- Как бы не так, вздувай огня! - передразнила Агафья мужа вполголоса. - Да кого это нелегкая принесла в такую пору. Стану я светить всяким бродягам. По мне они хоть все глаза повыколи себе о рожны, побери их нелегкая!
- Или хозяев нет, или они нехристи какие, что не могут пустить нас на часочек обогреться да обсушиться? - повторял за окном хрипловатый голос.