А вот здесь и соперник твой —
Герой печатного изделья.
Подав Григорию Александровичу листок с оттиском стихотворения, Василий Петрович заметил:
— Это образчик моего типографского мастерства и привет за ласковый ваш приход сюда.
— Стыдно же будет и мне, если останусь у друга в долгу, — ответил Григорий Александрович. — Изволь, и я попытаюсь. Но чтобы не ударить в грязь лицом, пусть наш хозяин мне укажет, как за что приняться и как что делать? Дело мастера боится, а без ученья и аза в глаза не увидишь.
Надо ли говорить, с каким усердием принялся Селивановский учить своего сиятельного ученика.
Потемкин и тут все сразу понял и сообразил.
Хотя гораздо медленнее Петрова, но все же довольно скоро набрал Григорий Александрович четыре строки и сказал Василию Петровичу:
— Я, брат, набрал буквы, как сумел, а ты оттисни сам, ты, как я видел, дока в этом деле.
Петров оттиснул набранное и прочитал: