Весть о самоубийстве князя Андрея Петровича Святозарова с быстротою молнии облетела Петербург и заняла на несколько дней праздные умы столичного великосветского круга.
Высказывались предположения, делались сопоставления.
Припоминали историю самоубийства Костогорова и разрыва между супругами, продолжавшегося более года.
До истины, конечно, никто не додумался.
Григорий Александрович Потемкин при получении известия о самоубийстве князя Андрея Павловича, произнес только одно слово, непонятое никем из окружающих князя, кроме разве отчасти его матери.
Это слово было: «возмездие».
На письменном столе покойного князя Святозарова найдено было два запечатанных письма, на одном из которых стоял короткий адрес «полиции», а другое адресовано было на имя княгини Зинаиды Сергеевны.
В первом письме было только несколько строк.
«В смерти моей прошу никого не винить. Я застрелился сам. Князь Андрей Святозаров».
Только по прошествии шести недель, когда княгиня несколько успокоилась от постигшего ее горя, ей решились отдать предсмертное письмо мужа.