XVIII
ДЕНЬ ПОТЕМКИНА
С первого взгляда казалось, что Григорий Александрович ничуть не утратил своего могущества.
Роль его в устройстве государственных дел по-прежнему была первенствующая.
Имя его имело такое же, как и прежде, обаяние в придворных сферах.
Но… Это «но» было и у Потемкина; хотя императрица и относилась к нему по-старому благосклонно, однако порой замечалось с ее стороны как бы какое-то тайное предубеждение против князя.
Это были, видимо, результаты наветов графа Платона Зубова.
Светлейший, по самому своему характеру, не был склонен к мелким интригам — он привык сокрушать смаху, одним ударом, а не валить противника «под ножку».
Понятно, почему этот чисто русский богатырь не мог терпеть совместничества во власти с Зубовым.
Не желая иметь с ним частых встреч, князь не остановился в приготовленных для него его прежних покоях в Зимнем дворце, а поселился в Таврическом.