Потемкин побледнел.
— Садитесь здесь со мной. Тут нам никто не помешает и поговорим о вашем, данном от Бога, серьезном характере. Мне сдается, что он явился у вас не особенно давно.
— Вы думаете?
— Да, и знаю даже с какого времени…
— Вот как!
— С тех пор, как княжна Зина вышла замуж.
Григорий Александрович вскочил, как ужаленный:
— Что вы… говорите… — начал он, задыхаясь.
— Тише, тише… — засмеялась она. — Я читаю в вашем сердце, как в раскрытой книге. Вы все еще ее любите.
Он схватил ее за руку.