— Не знаю, чем заслужил, ваше сиятельство… Волю монаршую постараюсь исполнить, насколько сил хватит… Вас благодарю… — сконфуженно проговорил Дмитревский.
— За что благодарить… За правду, только за правду, так за нее не благодарят.
— Не всегда истина высказывается монархам… — заметил Иван Сергеевич.
— Я всегда говорю правду, невзирая ни на лицо, ни на обстоятельства.
— Благоговеть за это перед вами надо, ваше сиятельство, — вставил Владимир Сергеевич.
Кутайсов самодовольно улыбнулся.
— Но вы один… — продолжал Похвиснев.
— Вот будет и другой… — перебил его Иван Павлович, жестом указывая на Дмитревского. — Тоже любит резать правду матку…
— Уж на это его взять… — согласился генерал.
— Дядя Ваня — это сама правда, это ее воплощение на земле, — заметила, подняв свои густые ресницы и быстро опустив их, Зинаида Владимировна.