Хотя Дмитревский и старался показывать, что ему неприятна эта служба, но самолюбие его было удовлетворено и вчерашней беседой с Кутайсовым, и получением высшего государственного поста.
Он был в отличном расположении духа.
— Ба! Виктор! Ну, как поживаешь? Слышал, слышал… Государя встретил и лично просил… Уж и приказ отдал…
— Откуда вы знаете?
— Кутайсов вчера рассказал у Похвисневых.
— Кутайсов у Похвисневых?
— Да, брат, и кажется тоже перед твоей Зинаидой тает…
— Вот как… — деланно-равнодушным тоном уронил Виктор Павлович.
— Об этом обо всем я тебе потом отрапортую, а теперь рассказывай о себе… Как устроился?
— Ничего, хорошо, квартира меблирована… Все в порядке… Зайдете — увидите…