Преследовавший его прошлой ночью запах усилился, но он не был ему противен. Напротив, он вдыхал его с наслаждением.
Он понял, что он ждал Ирену и что непоявление ее далеко не было ему безразлично.
Это бесило его, и он должен был в этом признаться.
Вдыхая водворившийся в комнате «ее запах», как он сам называл его, Виктор Павлович заснул.
На другой день, облекшись в новый мундир, который был, увы, далеко не так красив, как прежний, но зато покоен и тепел, Оленин поехал являться к своему ближайшему начальству.
В своем полку он нашел множество перемен. Осталось лишь несколько его товарищей, остальные офицеры были уволены из полка.
Произошло это по следующей причине.
Известно всем, что наши гвардейские полки, в те многие годы, когда в России продолжалось женское правление, принимали не раз близкое участие в переворотах и переменах правительства и сделались почти подобными турецким янычарам.
Павлу Петровичу было хорошо это известно, и он, еще будучи наследником, чтобы обезопасить себя от своевольства гвардейцев, озаботился составить себе хотя небольшое число преданного и верного войска.
Численность этого войска доходила до четырех тысяч человек, и была известна под именем гатчинского или павловского гарнизона.