— В Москву, батюшка, в Москву, на коронацию…
— И вы едете?
— За неволю потащусь, нельзя…
— Говорят, ваше превосходительство, вы получаете назначение?..
— Говорят, говорят…
— Да разве вы-то не знаете, правда ли это?
— Где мне знать… Это все граф, он и знает…
Виктор Павлович пожал плечами. Страшные сомнения его подтверждались.
Наконец, в двадцатых числах марта 1797 года двор уехал в Москву. Уехали и Похвисневы. Уехал и Иван Сергеевич Дмитревский.
Оленин рассчитывал тоже вместе с частями своего полка участвовать в коронационных торжествах и, таким образом, хоть издали наблюдать за своей богиней.