— Ох, засетила… правильно вы выразились, ваше превосходительство, засетила.
— То-то и оно-то.
— Да ведь это ужас!..
— Не так страшен черт, как его малюют, ваше превосходительство… Может все и Сплетки плетут про нее…
— Какие сплетки, ведь мне сам Глебушка рассказывал, что познакомился с ней переодетой в мужское платье… На кулачных боях дерется, в комедию с дворовой девкой переодетая шастает… Да и зла она, говорят, как зверь лютый…
— Ну, это еще не велика беда…
— Как так?
— Чо же, ведь она сирота… Ее некому остановить, будет муж, переделает…
— Где уж моему Глебушке, — почти слезливо произнесла Глафира Петровна, чувствуя, что почва ускользает из-под ее ног.
— Это уж его дело… А если я сказал, что не велика беда, так я это и доказать могу… Сами, чай, знаете, что сплетницами Москва кишмя кишит… Из мухи слона они делают, и если о Дарье Ивановой только и разговору есть, что на кулачках она дерется да по комедиям шатается, значит, уже более не за что сплетни зацепиться, а то бы ведь ее при первом появившемся около нее мужчине десятками любовников бы наградили и уж так бы разнесли, что любо дорого… Подумали ли вы об этом, ваше превосходительство?