Генеральша, видимо, утомилась от беседы и лежала молча, время от времени двигая пальцами правой руки. Дарья Николаевна вскочила и стала быстро ходить по комнате. Глафира Петровна широко открыла глаза и смотрела на нее.
— Что с тобой, Доня? — спросила она.
Молодая Салтыкова вздрогнула и подошла к больной.
— Ничего, милая тетушка, сидела дома, сидела в санях, ну просто ноги и отсидела.
— А-а!
Снова наступило молчание. Прошло еще пять минут.
— Пить!.. — тихо произнесла генеральша.
Дарья Николаевна, как и в предыдущие дни, налила в кружку холодный сбитень и подала больной. В напитке не было снадобья. Не было его и у Дарьи Николаевны.
«Вышло все!» — мелькнула в голове молодой Салтыковой мысль сожаления.
Глафира Петровна с прежней жадностью выпила питье.