Возвращавшаяся горничная по-прежнему отвечала, что «барина» еще нет. Время шло. Салтыкова начала уже беспокоиться.
— Куда он мог запропоститься? Ишь, негодный… Ждут тут его, ведь сам, чай, догадывается, что ждут, а он домой глаз не кажет…
Наступил вечер и беспокойство Дарьи Николаевны дошло до высшего напряжения.
— Что же это с ним случилось? Непременно что-нибудь да случилось… Надо разузнать…
Она послала несколько гонцов в место служения Кости и к некоторым знакомым, а сама поехала к «власть имущей особе».
— Может старый черт разнежился да у себя задержал… Все дело мне может испортить, развалина…
У «особы» ее ожидала совершенная неожиданность.
— Не принимают… — суровым тоном, недопускающим возражения, заявил ей швейцар, еще недавно, зная ее отношения к его превосходительству, со всех ног бросившийся ей навстречу.
— Уехал куда-нибудь? — спроисла Салтыкова.
— Не принимают, — повторил он.