Яков Потапович говорил об этом так просто, так уверенно, что княжна положительно успокоилась. Он не сказал ей лишь того, что ему самому придется поплатиться жизнью, чтобы заменить повешенного князя Воротынского.
— Значит, его оттуда пронесут прямо к Бомелию, что насупротив нас, на той стороне реки? — спросила княжна, как бы что-то соображая.
— Да!
— Ты скажешь мне, в какой день и час?
— Скажу, коли желаешь. Только зачем тебе это?
Она смешалась.
— С этого дня я буду ждать его, — с трудом ответила она.
Поговорив с ней еще несколько времени, он оставил ее почти совершенно спокойною за судьбу ее ненаглядного жениха. Весь остальной день и почти всю ночь Яков Потапович провел в горячей молитве, прося у Бога сил довести до конца задуманное дело.
«Настоящая любовь — это самоотречение! Я люблю ее именно этою любовью».
С этою мыслью он лишь под утро забылся тревожным сном.