— Подбавьте-ка, подбавьте! — послышались возгласы.
— Чего: вина из фляги, или хвороста в огонь?
— И того и другого…
Огонь на самом деле стал было потухать, и мокрый хворост только потрескивал и дымился. Хворосту кое-как нашли и подбросили. Попойка продолжалась.
— Товарищи, хотите я разниму эту колоду на дрова! — воскликнул заплетающимся языком Фриц и указал рукой на спавшего, засыпанного снегом Гритлиха.
— Сам ты колода, — заметил Карл. — Это, должно быть, зарезанный человек.
— Врете, вы оба пьяны, стало быть, не разглядите, — заметил один из рейтаров, сам насилу держась на ногах. — Это не колода и не зарезанный человек, а зверь. Дайте-ка я попробую его копьем; коли подаст голос, мы узнаем, что это такое.
Копье сверкнуло, но владевший им, когда стал направлять свой удар, потерял равновесие и упал, при громком хохоте товарищей.
«И волос с головы твоей не погибнет без Его произволения», — говорит Святое Писание.
Это исполнилось над беззащитным юношей.