Молодая девушка молчала. Ртищев продолжал:
— Как давно все это было! Я так живо помню, как я прощался с тобой, Володя, и вот ты опять с нами.
Граф Владимир и Анжелика взглянули друг на друга, и оба покраснели.
Сцена прощанья живо представилась им. Воспоминание об этом поцелуе до сих пор жгло ее губы. Она чуть не вскрикнула от горького сознания, что это никогда, никогда не повторится, что все его ласки и поцелуи отданы другой.
Александр Михайлович смотрел на нее, не отрывая глаз. Белый мех ротонды оттенял прелестное личико молодой девушки. О, как он любит ее, как страстно желал сказать ей это, видя ее страдающей, изнемогающей от какой-то внутренней борьбы.
— Как это случилось, что я до сих пор не слыхал вашего голоса? — после долгого молчания спросил ее Владимир.
— Я пою очень часто, только всегда приходится петь в то время, когда вы не бываете дома.
— Анжелика Сигизмундовна поет божественно! — воскликнул Ртищев. — Я слышал ее раз, но никогда не забуду ее голоса.
Восторженный отзыв молодого человека заставил ее с удивлением взглянуть на него.
В другое время она, наверное, угадала бы его любовь по выражению его глаз, но теперь она ничего не видела, ничего не понимала, кроме своих собственных мук.