— А твоя мать?
— Она в Петербурге.
— Ты и в этом году к ней не поедешь?
— Ни в этом, ни в будущем.
— Отчего же?
— Она много путешествует… Ей нужно, как она мне говорила, привести в порядок запутанные дела по наследству, а так как ей со времени смерти моего отца, которого я не знала, приходится одной ими заниматься, то она и не может меня взять к себе… Я стесню ее…
— Бедная моя! — воскликнула Юлия и в порыве нежности поцеловала ее в лоб.
— Ты никогда не была в Петербурге?
— Никогда. Там хорошо, не правда ли?
— О, прекрасно! Я обыкновенно, провожу там Рождество и святки у своей сестры Нади. Меня бы отдали там и в пансион, если бы не желание моей покойной матери, у которой, когда она была девочка, начальница нашего пансиона была гувернанткой. О, для меня это время беспрерывных удовольствий: балов, концертов, вечеров, приемов, прогулок по Невскому проспекту, широкой красивой улице, сплошь занятой роскошными магазинами.