На дворе молодые девушки снова принялись обниматься.
Обе плакали.
Юлия, действительно любившая Ирену, забыла ожидавшие ее удовольствия и вся отдалась горести разлуки.
На нервные натуры отъезд всегда производит тяжелое впечатление. Не является ли он отчасти прообразом смерти? Уехать — не есть ли это умереть для всего и всех, что и кого оставляешь? Кто знает, при разлуке даже на самый короткий срок, придется ли увидеться снова и будет ли свидание столь же радостно.
Княжна первая уселась в экипаж, который быстро умчали кровные кони.
На повороте со двора она послала последний воздушный поцелуй Ирене, которая стояла рядом со своей няней и махала платком.
V
НА ФЕРМЕ
— Что это ты невесела, Рена? — сказала приехавшая за Вацлавской ее няня.
— Почему это тебе кажется?