— Я встречал его у одного из моих товарищей, но давно уже потерял из виду.
— Ага! — заметил Петр Николаевич с легкой гримасой.
— Что значит эта гримаса?
Звездич пожал плечами.
— Он нечестный человек? — спросил Виктор Аркадьевич.
— Мой милый друг, нет больше нечестных людей. Он из тех, кому не нужно поручать своих денег, но кому еще можно пожать руку… Доказательством служит то, что, как ты сам видишь, никто не отталкивает протянутой им руки.
— Что же он, сомнительная личность?
— Даже не сомнительная… не входи с ним в дружбу — вот и все.
В эту самую минуту, прежде нежели Виктор Аркадьевич успел ответить, приблизившийся к ним Перелешин уже протягивал руку доктору, успев на ходу обменяться рукопожатиями и словами со многими из присутствующих.
— Вот и Владимир Геннадиевич! — вскричал Петр Николаевич самым любезным тоном. — Вы, как всегда, молоды и прекрасны.