— К счастью, — переменил он разговор, — вы упали не на корень дерева, я перенес вас сюда и мне удалось привести вас в чувство.
Ирена, приподнявшись на локтях, не сводила с него глаз.
— Теперь вы совсем пришли в себя, — продолжал он, — как вы себя чувствуете? Не ушиблись ли вы?
Она сделала над собой неимоверное усилие, снова побледнела, потом покраснела. Сердце ее сильно билось.
— Нет, теперь мне совсем хорошо! — наконец пробормотала она. — Благодарю вас.
Движением она выразила желание встать. Он сейчас же помог, и она, опершись на его руку, встала, но ноги у нее все еще подкашивались.
— Вы очень слабы, — сказал он ей, — не могу ли я пойти предупредить ваших родителей? Вы, вероятно, живете здесь поблизости, за вами могли бы приехать.
— Нет, нет! — поспешно отвечала она. — Я живу около Покровского… через четверть часа я буду дома.
— Около Покровского? Действительно, это очень близко. Вы мне позвольте проводить вас, так как одна вы идти не можете.
Ирена смотрела на него в замешательстве. Он любовался ее смущением.