— То отличие, с каким он принимает его, хотя он и не принадлежит к аристократической семье, служит очевидным доказательством, что он ему не менее благодарен, чем мы.
— Наш отец, — продолжала Надежда Сергеевна, — относится к нему с глубокой признательностью и исключительным уважением. Если бы пришлось рисковать жизнью, чтобы спасти его, он бы это сделал без малейшего колебания. Если бы нужно было помочь деньгами, влиянием, поверить ему самые важные тайны, оказать ему серьезную услугу, он также бы исполнил все это, не колеблясь. Но…
— Но?
— Он бы не отдал за него свою дочь!
Юлия быстрым, невольным движением отшатнулась от сестры.
— Я не знаю, к чему ты все это мне говоришь? — холодно сказала она.
Голос ее дрожал. Графиня Ратицына взяла ее за обе руки, притянула к себе и пристально посмотрела ей в глаза.
— Жюли, — медленно спросила она, — можешь ли ты мне поклясться, что действительно не знаешь?
— Уверяю тебя…
— Смотри! Я не замечала тебя до сих пор во лжи…