— Так я умру с тобою!.. — воскликнул Неелов, целуя ее в полуоткрытые губы.
— Ах, Владимир, — шепнула она, — я брошусь к ногам отца, вымолю его благословление, а затем, вдали от света, мы будем наслаждаться счастьем, которое дает любовь.
Взором, казалось ей, полным любви и блаженства, смотрел он на нее, пока она говорила, затем склонился к ней так, что дыхание его коснулось ее волос, глаза его впились в ее глаза.
Постепенно лицо его склонялось все ниже и ниже, и наконец их губы замерли в долгом горячем поцелуе.
В полубессознательном состоянии лежала Любовь Аркадьевна на груди любимого человека.
Но прошедшее и будущее для нее уже не существовали, она жила только блаженством настоящего мгновения.
Как перышко, взял он ее на руки и понес в следующую комнату.
Портьера тихо опустилась.
Опустим и мы завесу над нашим рассказом.
Через два часа у дверей кареты, приехавшей обратно на угол Литейного и Фурштадтской улицы, действительно, как из земли выросла Маша и с вышедшей из кареты барышней отправилась домой. Любовь Аркадьевна прямо прошла в свою комнату, бросилась на постель и залилась слезами.