— Вероятно, — равнодушно ответил Сергей Павлович.
— В таком случае, поезжайте в Москву, — заговорил снова Аркадий Семенович, — я сегодня же заготовлю письмо Любе. Эх, сколько ты причинила мне горя, злая девчонка! — воскликнул старик, и из глаз его выкатились две слезы.
Это был первый взрыв его отчаяния при посторонних. Что он переживал со дня бегства дочери в кабинете, знали только стены этой комнаты.
— Когда же мы поедем? — спросил Сергей Аркадьевич.
— Завтра, с курьерским поездом, — отвечал старик Селезнев. — Вам удобно? — обратился он к Долинскому.
— Я всегда к вашим услугам…
Аркадий Семенович пристально посмотрел на молодого человека и только теперь понял, сколько и он пережил за это время.
Человек так устроен, что поглощенный своим горем, никогда не замечает горя ближних.
— Благодарю вас, — с чувством пожал Селезнев руку Сергею Павловичу.
Отъезд на завтра был решен.