— Кто принес?
— Ольга Ивановна просила передать вашему сиятельству, — сказала горничная и удалилась.
Графиня вскрыла письмо и прочла следующее.
«Я бегу, как преступница, Надя. Не разыскивай меня, не разузнавай и причин, которые побуждают меня бежать… Я уже никогда, никогда не должна видеть ни тебя, ни… его. Не сожалей обо мне, что бы ты ни услыхала. Я сожаления не стою. Ольга».
— Что это значит, что это значит? — спрашивала графиня взволнованным голосом, передавая письмо подошедшему мужу.
«Вчера я оскорбил ее!» — промелькнуло у него в голове и сердце его болезненно сжалось.
— Положительно ничего не понимаю, — вслух прибавил он, пожав плечами. — Надо вернуть ее и разузнать.
Он быстро вышел.
— Ну, вот теперь если с нею что-нибудь случится, все станут обвинять меня! — жаловался старик Алфимов Матильде Францовне. — Это способно отравить всякое удовольствие.
— Полноте! Все станут винить не вас, а графа Петра Васильевича.