— Так-таки совсем и живет без женского сословия?
— Может, где сам бывает, мне не известно, а чтобы у нас, ни-ни…
Ириша все неукоснительно докладывала Матильде Францовне. Та была недовольна, хотя видела, что ее наперсница искренна и получала сведения из верного источника.
«Пожалуй, и впрямь не подкопаюсь под них…» — кусала Руга себе губы.
Случай — этот слуга дьявола — пришел к ней на помощь.
Однажды, заехав утром к Якову, когда Федор Осипович только что уехал в больницу, Ириша застала своего возлюбленного за уборкой комнат и вместе с ним вошла в спальню Неволина.
Вдруг в глаза молодой девушки бросился лежавший на мраморной доске умывальника осыпанный бриллиантами медальон на золотой цепочке.
— Это чей?.. — схватила она его. — Ты чего же мне, пес, врал, что никакого женского сословия у твоего барина не бывает, что монах-де он монахом. Ишь расписывал, а что это, мужская вещь, по-твоему, забыла зазнобушка ранним утречком…
Яков насилу мог прервать разглагольствования Ириши.
— Экая беда какая. Схоронись ко мне в горенку. Сейчас, значит, вернется.