Граф Сигизмунд Владиславович простился со своей сообщницей и уехал.
Матильда Францовна не ошиблась.
Еще не было двенадцати часов, как Корнилий Потапович явился к графу Стоцкому.
Первый вопрос его был об Ольге Ивановне.
— Говоря откровенно, — сделал граф серьезное лицо, — она серьезно меня тревожит… Она у своего дяди, во всем призналась ему и тетке, те написали ее родителям… Покуда он и она думают, что это был граф Петр, но…
— Ну и прекрасно! И прекрасно! Пусть их думают, что это был граф Петр. Он человек молодой и легче с ними справится.
— Но граф мой лучший друг, — с жаром сказал граф Сигизмунд Владиславович, — и я из дружбы к нему обязан…
— Ну, так что же? Ведь и вы мне друг. А я… готов на всякие жертвы…
— Да ведь это известно не одному мне, это знает Матильда Францовна и ее подруга… Они могут обратиться к графу Петру и он, чтобы оправдаться, способен будет…
— Ну, да это ничего, ничего… Им денег дать нужно… Я дам столько, сколько у Вельского нет… А на вас я рассчитываю.