Только теперь, когда положение ее выяснилось, она поняла и оценила свою бывшую компаньонку.
— Очень рад, очень рад вас видеть… Сперва надо хлеба и соли откушать, а потом успеете переговорить на свободе, мне надо уехать, а Мадлен… Но позвольте вас представить.
Савин представил Долинского Мадлен де Межен.
— Я очень рада, заочно я знаю вас давно и благословляю как спасителя Nicolas, — сказала француженка.
— Какое там спасение… — улыбнулся Сергей Павлович.
— Мадлен тоже пойдет переодеваться. У ней это продолжается несколько часов.
— Nicolas! — с упреком сказала молодая женщина.
— Уж верно, матушка, да я ведь к тому, что у Сергея Павловича будет время переговорить с Любовь Аркадьевной. А теперь милости просим.
Слуга по звонку Николая Герасимовича принес лишний прибор, и Долинский уселся за стол.
Разговор за завтраком, конечно, не касался цели его приезда в Москву, а вертелся на петербургских новостях.